Артем Киракозов


Отношение Артема к кофе — кофе почти не пьет, предпочитает чай.

Вы что-нибудь слышали о парнях, которые поплыли на надувной лодке из Москвы на Мадагаскар через Сомали, пересекли пять морей, застряли в каирской тюрьме и были депортированы на Родину.

Сегодня я познакомлю вас поближе с одним из них. На мои вопросы отвечает отвязный путешественник, маркетолог и философ — Артем Киракозов.

— Поздравляю с возвращением, мы все переживали за вас. Как впечатления от каирской тюрьмы?

— Спасибо, действительно круто снова обрести то, чего чуть не лишился – свободы. Действительно начинаешь ценить только когда теряешь или чувствуешь, что можешь потерять в любую секунду. Впечателения я бы разделил на несколько частей.

От Египетского правосудия впечатления как от театра абсурда. Эти ребята, кажется, даже не пытаются изобразить хотя бы какое-то подобие системности и законности. Не реализовываются базовые права на адвоката, переводчика, связь и так далее. Насколько я понял из разговоров с арестантами, значительная часть дел фальсифицируется.

От самой тюрьмы. Мы были в двух версиях: лайт (аэропортовая) и хард (судебная). В версии лайт, конечно, все довольно комофртно с бытовой точки зрения, если не учитывать, собственно отсутствие свободы как таковое, – есть мягкие кровати, душ, туалет, телевизор. Охранники довольно вежливые.

В камере 16 метров может быть одновременно до 30 челеовек, то есть даже на пол сесть трудно. При этом поголовно все курят, причем одновременно.

В версии хард все далеко от международных норм – ни кроватей, ни даже скамеек, ни телевизора – ничего. В камере 16 метров может быть одновременно до 30 челеовек, то есть даже на пол сесть трудно. При этом поголовно все курят, причем одновременно. Одно окошко под потолком совсем не справляется. Некурящему там тяжеловато, хотя быстро привыкаешь. К нам, европеоидам, отношение было другое нежели к египтянам и другим жителям Африки и Ближнего востока (например, когда всех вели в наручниках, нам можно было просто идти взявшись за руки) и прочие небольшие поблажки вроде доступа к мобильному раз в сутки. Интересно, но в обеих версиях заточения тебя не кормят (10 сухих лепешек на камеру в 30 человек не в счет). То есть, еду ты должен покупать\доставать сам через адвоката – это его основная функция, как мы поняли) или уборщика. За 20$ мы покупали набор разового питания на двоих, который приносили в мусорном мешке.

За 20$ мы покупали набор разового питания на двоих, который приносят в мусорном мешке.

От наших сокамерников. Мы сидели с людьми со всего Ближнего востока и Африки: Ирак, Сирия, Судан, Нигерия, Йемен и др. Языковый барьер довольно серьезный, так как уровень проникновения англиского очень низок, а если и есть, то примитивный. Тем не менее, то общение которое получалось, было суперпозитивным и познавательным. У нас появилось много новых друзей, которые приглашали в гости в разные страны, и знаний об этих местах планеты. Вряд ли мы бы еще их когда-то получили. В камере царила гармония и взаимопонимание. Все вежливо уступали нам право посмотреть два-три фильма на английком в день на единственном англоязычном из тысячи арабских каналов, отдавая нам пульт в распоряжение. Все делились едой, водой, сигаретами, тапками для похода в душ и историями из жизни. Мы, пользуясь редкой возможностью доступа к мобильному, иногда по просьбам ребят передавали от них весточки на волю, так как их родные часто не знали где они вообще. Мы обучали парней играть в дурака, покер и прочие светские игры. В перерывах ребята усердно молились, совершая коллективные и индивидуальные мусульманские обряды. Кстати, вопрос религионзности никогда не поднимался и не становился точкой преткновения. Все религии совершенно мирно сосуществовали просто как милые особенности наших личностей.

interview, coffee, artem kirakozov, ira right

— Бывают путешествия веселые, странные, безбашенные, но охарактеризовать то, что делаете вы в “Министерстве дурацких поездок” я могу только нецензурным словом. Экстрималы доверяют своим тренированным телам, путешественники — надежному оборудованию, на что вы рассчитываете, когда рискуете жизнью, отправляясь в самые непредсказуемые места мира без подготовки, часто пренебрегая необходимыми бюрократическими процедурами?

— Я кстати, охаркетризовал бы это парой нецензурных слов, а не одним (смеется). На что мы рассчитываем? Наверное на смесь из везения, дерзости, эффекта неожиданности, русской смекалки и пох**зма. Перед этим коктейлем пока не может устоять ни природа, ни техника, ни иной бюрократ.

Мы рассчитываем на смесь из везения, дерзости, эффекта неожиданности, русской смекалки и пох**зма.

Во многом, кстати, то что мы полные профаны во всем, что делаем в путешествиях, дает нам преимещество в поиске и нахождении нестандартных решений, которые профи, скорее всего, не пришли бы в голову. Я думаю, что повтори мы любой из наших туров, шанс, что все пройдет хорошо второй раз резко сократился бы. Поэтому повторться не любим и не планируем.

iraright-sub-010

— Тогда куда дальше?

— Хотим доделать этот маршрут (Прим ред.: доплыть из Москвы до Мадагаскара), — план долететь от Египта, а потом до Мадагаскара на водных мотоциклах. После этого хотим в воздух (пока точно не выбрали куда), а затем есть идея сделать поездку более открытой для большого количества людей – что-то типа тусового автобуса, который подбирает всех людей, которые хотят прокатиться между городами или даже странами. Куда пока тоже решаем. Кстати — открыты для встречных идей и вызовов.

interview, coffee, artem kirakozov, ira right

— Я знаю, что на вопрос “Как вы к относитесь к такому хобби мужа?” Твоя жена отвечает: “Он счастлив и я тоже” и “Его все равно не остановить”. А пыталась когда-нибудь отговорить? Кстати, “дурацкие поездки” — это твое первое безумное увлечение или ты постоянно споришь с жизнью в креативности?

Она понимает, что этот бред не остановить. Я очень трудновоспитуемый кем-то, кроме естественного жизненного опыта, человек. Думаю, что она хорошо понимает, что жизнь человека должна строиться им так, как он сам для себя решает, ведь за этими решениями огромный пласт мыслей, чувств, страхов, желаний и прочего, в чем никому (порой даже мне самому) не под силу разобраться. Безумное увлечение наверное первое, хотя я постоянно прокачиваю в себе разные скилы и наполняю жизнь новыми проектами (сейчас реализую несколько диджитал идей, оттачиваю dj-навыки) и не собираюсь останавливаться.

— А как совмещаются роли папы и путешественника?

— Единственное, где чувствую укол совести – это то, что не провожу время с сыном во время поездок. С другой стороны, лучше я ему привезу довольного отца и много интересных историй из очередной поездки, чем буду сидеть уныло в Москве и понимать, что что-то пошло не так.

Единственное, где чувствую укол совести – это то, что не провожу время с сыном во время поездок.

— Что тебе больше всего нравится в отцовстве, а что дается сложнее всего?

— Это конечно совершенно мимишные эмоции, которых ты нигде больше получить никогда не сможешь. Это маленькое пухлое существо полностью берет тебя в плен, крутит-верти тобой как хочет – но это самое приятное, что с тобой происходит. Я не понимаю в чем подвох, но это точно где-то на уровне химии, вне моего рационального понимания. Отстюда у меня расслабленно гедонистический стиль воспитания, как и вообще отношения к жизни. Уж не знаю, что из этого получится, но мой главный таргет – дать возможность Филиппу вырасти счастливым, веселым человеком с открытым сознанием и мимнимумом стереотипного мусора. Остальное он решит сам.

Это маленькое пухлое существо полностью берет тебя в плен, крутит-верти тобой как хочет – но это самое приятное, что с тобой происходит.

— Были ли в твоей жизни какие-то ошибки, от которых хочется оградить сына, или у каждого должны быть свои грабли?

— Нет, не могу назвать ничего, о чем жалел бы. Даже если в моменте что-то кажется ошибкой и направильным решением, потом понимаешь, что это лишь часть какого-то пути к чему-то правильному и хорошему. Ошибками считаю НЕделание чего-то на что не решился или забил. Потерянное время и недополученный опыт – вот от чего буду стараться ограждать сына.

Ошибками считаю НЕделание чего-то на что не решился или забил.

— Кстати о делании и НЕделании, давай поговорим о работе. Ты философ, путешественник, развиваешь онлайн-кинотеатр, в общем человек деятельный и, как кажется, очень творческий. Как тебя занесло в рекламные отделы таких гигантов, как Uniliver, Pepsico, Вимм-Билль-Данн? Есть мнение, что в российских подразделениях таких компаний креативом и не пахнет, чистый менеджмент и бесконечная адаптация идей, придуманных в западных головных офисах. Это ошибочное суждение? А может тебе вообще не нужно придумывать что-то на работе — в офисе зарабатываем, а для счастья есть свободное время?

— Во-первых, я действительно люблю свою работу. Я маркетолог всю рабочюю жизнь (уже лет 15) и считаю эту профессию лучшей в мире. Я не представлю, что еще могло бы мне понравится из привычного набора профессий. Думая о других работах, не о собственном бизнесе, а именно о работе по найму, меня даже немного бросает в дрожь. Я никогда ни в одном западном офисе не занимался адаптациями, всегда делал то, что лично мне интересно, и получал за это деньги работодателя. Таким образом, я считаю, что работаю не на дядю, а на себя любимого, перекладывая на дядю все заботы о моем кофорте и защищенности – хороший офис, комфортный социальный пакет, бухгалтерия, продажи и так далее. Плюс небогатое отрочество 90-х годов приучило меня к мысли о том, что доход должен быть стабильным. В этом деле рисковать мне не интересно и не комфортно. В итоге: для счастья у меня не только свободное, но и рабочее время. Я его тоже считаю свободным, ведь меня никто ни к чему не принуждает, а все происходит по любви.

interview, coffee, artem kirakozov, ira right

— А что на счет любви к привычному офисному атрибуту — кофе?

— Кофе почти не пью, после него неприятные ощущения в животе (очень хочется есть сразу) и привкус во рту. Хотя в египетской тюрьме было проще заказать капучино чем черный горячий чай, качество было более стабильным. А так, я — чаезависимый человек, без него я чувствую какую-то незавершенность. В поездках добыть нормальный чай часто проблема, большинство стран все-таки больше ориентированы на кофейное потребление.

— Да, кофе завоевал мир, многие уже не представляют своего утра без чашечки ароматного напитка, своего рода ритуал пробуждения. Моя предыдущая героиня — Светлана Покревская — интересуется: «Какой утренний ритуал у тебя?»

— Поскольку я развиваю проект он-лайн кинотеатра минифильмов MinifilmTV , то по утрам, если еду на машине, я обязательно просматриваю пару минифильмов.

—  По традиции я завершаю интервью просьбой поделиться тремя страничками в интернете, которые вдохновляют героя или поднимают настроение?

—  В интернете я почти полностью в фейсбуке, для меня это уже синоним интернета в целом. Мои любимые странички: Govnovosti — пример шедеврального копирайта и острого юмора. Все новости я черпаю со страничек Дождя и РБК. Shazam, Soundcloud и ВКонтакте – для меня источники электоронной музыки.


Если вам понравилось интервью оставьте на чай , а эксклюзивные материалы доступны в закрытом «Райт-Клубе»

Обсуждение закрыто.